Псковская художественно-промышленная школа им. Н.Ф. Фан-дер-Флита (1913 г.)

23 октября 1913 года на перекрестке двух псковских улиц – Губернаторской (ныне Некрасова) и Златоустовского переулка (ныне Комсомольского) состоялось торжественное открытие и освящение здания художественно-ремесленной школы, которая в дальнейшем стала именоваться Художественно-промышленной школой имени Н.Ф. Фан-де-Флита.


Здание школы было решено разместить в Окольном городе, историческом центре Пскова, на территории, входившей некогда в состав купеческого двора Сергея Ивановича Поганкина, соседство с которым создавало определенные проблемы.

Обсуждение четырех предложенных вариантов проекта проходило в обстановке споров, с участием представителей Псковского археологического общества (ПАО), Императорской археологической комиссии, Министерства торговли и промышленности, а также таких известных в художественном мире авторитетов как А.Н. Бенуа и А.В. Щусев. В результате ПАО, под патронажем которого проходили строительство здания и последующая организация школы, остановилось на проекте помощника Псковского губернского архитектора, гражданского инженера Никиты Николаевича Клименко (1879-1927 гг.).

Здание Художественно-промышленной школой имени Н.Ф. Фан-де-Флита

Величественное 2-х этажное здание по этому проекту было возведено за 1,5 года. П-образное в плане, сочетавшее разновеликие архитектурные объемы, оно имело два фасада с пристройкой стеклоплавильного «Шатра» со стороны главного из них, обращенного к Златоустовскому переулку. Вместе с Палатами Поганкина был образован замкнутый с 4-х сторон комплекс сооружений, принадлежащих ПАО, с единым внутренним двором.

Интерьеры и фасады, декорированные лепниной в духе неоклассицизма, придавали новому зданию торжественность, а фигуры двух парящих граций с лавровыми венками работы известного в Пскове лепщика П.К. Спегальского, первоначально украшавшие вход, подчеркивали причастность школы к искусству.

Однако в ходе Великой отечественной войны главный корпус был сильно поврежден и к 1947 г. – разобран. Лишь через 30 лет на месте разрушений по проекту псковского архитектора Б.Н. Алексеева было построено новое здание, примыкающее к сохранившемуся второму корпусу.

После войны

Именно в этой части здания школы (обращенной к современной ул. Некрасова), помимо учебных классов и мастерских, занимавших, главным образом, полуподвальные помещения, имелся отдельный вход для гостей, вестибюль и лестница, ведущая на второй этаж. Там располагался огромный двусветный зал для торжественных приёмов, выставок и концертов.

Примечательный цельностью грандиозного объема и деталей, акцентированных сдержанным лепным декором, удачно найденными пропорциями, парадный зал является редким для Пскова памятником архитектуры неоклассицизма.

Парадный зал

Совет школы под председательством секретаря ПАО, генерала-лейтенанта Н.Ф. Окулича-Казарина, остановился на самой достойной из возможных кандидатур директора. Николай Федорович Роот – выпускник Академии художеств, автор трудов по керамике и вопросам художественной промышленности, опытный педагог, получивший широкую специализацию в области декоративно-прикладного искусства. Почти за два года до открытия школы он составил для нее «Проект мозаичной мастерской …», которую позднее присоединил к изначально запланированным мастерским керамики и художественной обработки стекла.

Названные мастерские были прекрасно оснащены. Так, в расходной смете за 1914-15 гг. упомянуты шлифовальные, гравировальные и пескоструйные станки, травильный шкаф, станки для керамики и обточки смальт, мешалки, шаблоны, формы, прессы и даже специально оборудованный «Шатер» – своего рода небольшой показательный стекольный завод.

Учебная программа сочетала общеобразовательные, художественные и специальные предметы с практической работой в мастерских и предусматривала для мозаичистов и мастеров художественной обработки стекла 5-летний курс обучения. При школе имелись также художественно-ремесленные мастерские для приобретения навыков по керамике, стеклу, мозаике, лепному и гипсовоформовочному делу в течение 3-4 лет. Первый набор в школу, впрочем, как и последующие, был небольшим – из 54 человек, допущенных к экзаменам, было принято 35, причем половину их составили дети крестьян.

Высокий уровень подготовки обеспечивали профессионализм тщательно подобранных преподавателей и практических инструкторов с опытом службы на заводах Европы. Среди преподавателей основных специальностей выделялась А.Я. Брускетти-Митрохина, руководитель керамического отделения, преподававшая также композицию и скульптуру (1914-1919 гг.). По мнению ее ученицы, А.А. Лепорской (впоследствии известного мастера фарфора, заслуженного художника РСФСР, лауреата премии им. И.Е. Репина): «Брускетти обладала выдающимися педагогическими способностями, давала связь искусства, истории и жизни…стремилась научить пониманию природных выразительных средств, заключенных в самом материале, подвести к самостоятельным профессиональным открытиям – таким, например, как удовольствие «тянуть» форму кувшина на ножном гончарном круге».

Преподаватели и ученики художественно-промышленной школы. 1916 г.

Преподаватели и ученики художественно-промышленной школы. 1916 г.
1 ряд (сидят) слева направо; В.В. Купцов, неизвестный;
2 ряд (сидят): А.И. Таран, М.Н. Роот, С.Н Антонов, Н.Ф. Окулич-Казарин, Н.Ф. Роот, А.Я. Брускетти-Митрохина (?), В.П. Иванов;
3 ряд (стоят): 1, 2 – практические руководители мастерских, Е.С. Забровский, А.А. Ивановский, далее неизвестные.

Изделия мастерских школы (в том числе организованных позднее игрушечной, ткацкой, столярной) выпускались небольшими тиражами, пользовались спросом у населения и продавались. Чудом сохранившийся образец такой школьной продукции удалось обнаружить в Ленинграде в 1988 году. Это ваза из красной глины, покрытая темно-зеленой поливой, привлекающая своей простодушной выразительностью. Сделанная на гончарном круге, она дополнена ручной формовкой – двумя чуть «растопыренными» ручками. Расширяющееся к верху тулово завершается волнистой линией, напоминая лепестки мака. С помощью одного из выпускников школы (А.Ф. Эглита, в прошлом – директора Рижского музея) удалось выяснить имя автора этой ученической работы – Яков Дранде.

Андрей Иванович Таран, в доме наследников которого была найдена упомянутая ваза, возглавлявший мозаичное отделение школы, учился в Петербурге и Париже, имел опыт создания мозаик в Константинополе, изучал мозаичное производство в Италии. Вспоминая о своей работе в Пскове, он позднее писал: «Я организовал мозаичную, а затем фресковую мастерскую; под моим руководством силами учеников были выполнены небольшие мозаичные работы: государственный герб для здания бывшего губернского земства и оформление фонтана в местном ботаническом саду».

Бывший ученик школы А.С. Данилов вспоминал, как в мастерской делали карточный стол с наборной столешницей, причем в распоряжении учеников имелась мозаичная смальта 1600 колеров. В годы работы в Пскове (1914-1921 гг.) А.И. Таран проявил себя не только как талантливый педагог, совершавший с учениками поездки по изучению памятников Киева и Новгорода, но и как деятель культуры, участник художественных выставок, а также – один из организаторов выпусков еженедельника «Вольное искусство» (1919 г.), на страницах которого появлялись его статьи.

Важную роль в учебном процессе играл художественно-промышленный музей, начало которому положили произведения искусства из коллекции Н.Ф. и Е.К. Фан-дер-Флитов, в числе которой была «Лунная ночь» И.К. Айвазовского.

Собрание музея периодически пополнялось образцами фарфоровых и хрустальных изделий, копиями старинной утвари, архитектурных керамид, мозаик, фресок, икон, сделанных во время учебных экскурсий по окрестностям Пскова и в другие города. Копирование памятников древнего и народного искусства являлось важнейшим принципом профессиональной подготовки, причем воспроизведение форм и декора, освоение технических приемов было не механическим, а строилось на углубленном изучении русской материальной культуры.

Профессиональный авторитет и широкие связи Н.Ф. Роота помогали ему в различных начинаниях – от организации представительных выставок до получения престижных для школы великокняжеских заказов, например, на изготовление расписных стеклянных бокалов и мозаичных украшений для усыпальницы Св. Ольги.

Уже в первые годы своего существования школа заняла видное место в художественной жизни города. По завершению обучения даже планировались стажировки за границей для наиболее способных учеников.

Однако обстоятельства не позволили осуществить эти планы. Уже в предреволюционные годы жизнь школы трудно назвать благополучной. Сказывались последствия Первой мировой войны, в которую была втянута Россия. В Пскове расположился штаб Северного фронта, здание школы почти полностью занял армейский госпиталь, так что занятия пришлось проводить в помещениях Поганкиных палат, предоставленных ПАО. Из-за стесненности экспонаты художественно-промышленного музея хранились упакованными. Нерегулярно функционировал стеклоплавильный шатер, так как не хватало топлива и материалов. Несмотря на отчаянные попытки перестроиться в условиях наступивших революционных лет, школа выйти из кризиса не смогла. «Оторванные и раньше от жизни, рассчитанные на «высокий вкус», на щедрость просвещенного любителя, мастерские, будучи поставленные лицом к лицу с самой жизнью, потеряли почву» («Вольное искусство» №№4-5,1919 г.).

Школу окончательно закрыли осенью 1924 года. Однако десятилетие ее существования не явилось бесследным. Основательная профессиональная подготовка, мощный эмоциональный заряд, заданный, говоря словами А.А. Лепорской, «всей атмосферой возвышенного отношения к искусству», способствовали творческому развитию воспитанников, многие из которых продолжили свое образование и состоялись как художники.

Здание бывшей Художественно-промышленной школы им. Н.Ф. Фан-дер-Флита сохранило свое назначение «храма искусств». С 1950-х годов здесь располагается Псковская картинная галерея, представляющая выставки из фондов музея и обширную постоянную экспозицию изобразительного искусства XVIII – начала XXI веков. В ее состав также вошли отдельные сохранившиеся произведения из Музея художественно-промышленной школы, а также работы нескольких бывших учеников, каждый из которых, пройдя свой путь, вписался в общую канву русского искусства.

Сейчас в здании ведутся реставрационные работы в рамках проекта Министерства культуры и Всемирного банка «Сохранение и использование культурного наследия в России». После их завершения картинная галерея Псковского музея-заповедника снова откроет свои залы для ценителей искусства.